free web hosting | free hosting | Web Hosting | Free Website Submission | shopping cart | php hosting












В конце концов он неизбежно должен был столкнуться с Дмитрием Медведевым.

Оба, впрочем, сделав вид, что не замечают друг друга, продолжили движение.

Указ же президента о принципах поведения госслужащих был подписан «в целях повышения доверия общества к государственным институтам», и стал, как объяснил Дмитрий Медведев, промежуточным документом на пути построения цивилизованного общества.

Подготовлены были еще несколько документов, прежде всего закон «О системе государственной службы».

Рабочая группа под руководством Дмитрия Медведева должна была вынести его на обсуждение правительства в конце 2002 года. Как объяснил господин Медведев, в этом нуждаются прежде всего сами госслужащие. Они, видимо, давно ощущали нехватку документа, в котором было бы прописано, как им вести себя на работе, и по этой причине в их поведении порой случались необъяснимые провалы.

Указ, по словам Дмитрия Медведева, – это некий аналог морального кодекса строителя коммунизма и кодекса корпоративной чести частной фирмы.

– Над моральным кодексом строителя коммунизма можно долго смеяться, но ведь резон-то был! – воскликнул господин Медведев. Отныне, однако, чиновник не может быть носителем ни коммунистических, ни каких-либо других политических идей, потому что он «должен соблюдать политическую нейтральность, исключающую возможность какого-либо влияния на свою служебную деятельность решений политических партий или иных общественных объединений».

То есть он не должен состоять ни в одной политической партии. «При угрозе возникновения конфликта интересов – ситуации, когда личная заинтересованность влияет или может повлиять на объективное исполнение должностных обязанностей, – сообщать об этом непосредственному руководителю и выполнять его решение, направленное на предотвращение или урегулирование данного конфликта интересов».

Этот пункт указа имел особое значение для членов рабочей группы.

По словам Дмитрия Медведева, конфликт интересов – очень важная конструкция, до появления указа вообще не свойственная нашему законодательству.

Господин Медведев пояснил, что он имеет в виду под конфликтом интересов: – Вот, например, возьмем распространенную ситуацию.

Пришел кто-то из бизнеса работать в правительство и стал контролировать ту отрасль, в которой работал. Квоты стал распределять… Сразу налицо явный конфликт интересов.

– Вот именно! – подтвердил господин Медведев. – И ничто иное. По его мнению, тут и нужен свод правил, которые изложены в указе президента.

Исполняя их, чиновник может ни о чем не беспокоиться.

– Или обратная ситуация, – добавил господин Медведев. – Занимался человек в правительстве какой-то сферой бизнеса, а потом ушел в нее.

На мой вопрос, как же этот конфликт может регламентироваться указом о поведении госслужащего, если человек уже ушел в частную фирму и там как частное лицо использует свои связи с другими госслужащими в правительстве, Дмитрий Медведев заметил, что речь идет и о чисто этических моментах.

– Есть повод подумать: нет ли с его стороны этических злоупотреблений?

– Все расставит по своим местам практика, – закончил этот непростой разговор Дмитрий Медведев.

Позже он добавил, что ни в коем случае нельзя ставить стену между бизнесом и госслужбой.

– А то, если ее поставить, то никто и не пойдет к нам на работу, – откровенно сказал он.

Сразу несколько пунктов указа посвящены отношениям чиновника со средствами массовой информации. С одной стороны, госслужащий «должен воздерживаться от публичных высказываний, суждений и оценок в отношении деятельности госорганов, их руководителей, если это не входит в его должностные обязанности», с другой – «уважительно относиться к деятельности представителей средств массовой информации по информированию общества».

И в то же время «соблюдать установленные в государственном органе правила публичных выступлений».

– То есть выступление с публичными высказываниями возможно, – прокомментировал Дмитрий Медведев и эти пункты указа. – Если, конечно, санкционировано. Ведь публичные высказывания, по его словам, – индивидуальная вещь: «Кто-то способен к ним, а кого-то нельзя выпускать на публичные выступления: у него начинает голова кружиться, и он говорит не то, что хотел».

Он несколько раз подчеркнул, что указ рисует цивилизованную модель поведения госслужащего и, разумеется, носит рекомендательный характер. – Но, будучи сознательными участниками государственного процесса, служащие должны ему следовать.

Долгое время уходивший от прямого ответа на вопрос, какое именно, господин Медведев в конце концов рассказал о своем видении ситуации: – Если служащий грубо и систематически нарушает положения указа, то начальство должно, видимо, посмотреть: ну вот, постоянно нарушает этические принципы.

Надо посмотреть на его деятельность повнимательнее. При этом в администрации президента заявили, что им понятно: вряд ли можно надлежащим образом выполнять все положения указа, если резко не повысить оклады госслужащим. По словам членов рабочей группы по подготовке указа, нет никакой проблемы повысить их федеральным чиновникам.

Это, оказывается, можно сделать хоть завтра (сами чиновники из рабочей группы называли срок до конца 2002 года).

Но кроме них есть госслужащие в субъектах федерации. Но эта неясность не освобождает и их от исполнения указа, который уже разослан на места.

Надо признать, что указ российского президента совсем не уникален.

Например, в Евросоюзе имеется кодекс поведения еврочиновников.

Им тоже предписывается проявлять чрезвычайную добросовестность, профессионализм; постоянно помнить, что отдельные граждане и целые компании склонны к искушению чиновников и оказанию на них давления; испрашивать разрешение вышестоящего начальства на получение подарков. Дмитрий Медведев, правда, заметил, что, составляя указ, рабочая группа изучила эти правила.

Но, видно, изучила плохо, потому что в этих правилах есть пункт, который начисто отсутствует в указе президента России. В них госчиновникам запрещено курить и употреблять спиртные напитки на рабочих местах. Нет уверенности, что указ президента облегчил жизнь госчиновникам.

Но вот уверенности в себе министрам он явно не добавил.

Люди работали «на чемоданах», как после президентской кампании 2004 года или после президентских выборов в марте 2008 года и до инаугурации в мае 2008 года.

Так, утром 10 апреля 2003 года члены правительства последними узнали о радикальных перестановках в кабинете.

Придя на заседание, они обнаружили, что напротив привычных мест нет табличек с их фамилиями.

(Такие таблички обычно раскладывают сотрудники протокола, чтобы никто не путался.) На этот раз именно это обстоятельство все и запутало.

Дольше всех не мог найти себе места министр обороны Сергей Иванов.

Он, как обычно, подошел к правой половине стола, но там его не ждали.

Прошло несколько минут, прежде чем министр обороны с облегчением занял свое кресло.